Лавочник невольно обмер, когда в помещение вошел рейхсканцлер Германской империи Отто Эдуард Леопольд Карл-Вильгельм-Фердинанд князь фон Бисмарк унд Шёнхаузен. Взгляд Шмуля невольно задержался на левой щеке канцлера, на которой выделялся глубокий кривой шрам, полученный в далекой молодости во время одной из дуэлей. Впрочем, несмотря на огромное количество поединков, это было первое и последнее его ранение. Канцлер был еще тот рубака!

Хаим невольно сглотнул, подумав о том, что с момента последней их встречи, случившейся четверть века назад в России, в Санкт-Петербурге, Бисмарк сильно состарился, однако из простого посла, каким он был в то время, превратился в «железного канцлера».

Лавка Шмуля находилась неподалеку от немецкого посольства, где он торговал большей частью свечами и спичками, и господин посол нередко забегал к нему за розжигом. Иногда они даже обменивались малозначащими фразами. И вряд ли он будет о нем помнить.

Бодро поздоровавшись, Отто Бисмарк произнес:

– Мне порекомендовали вашу лавку; сказали, что у вас продают лучшие столовые приборы во всем Берлине.

– Так оно и есть, господин рейхсканцлер, – с готовностью отозвался Шмуль, выходя из-за прилавка. – Какие именно столовые приборы вы желаете?

– Хм… Какие-нибудь торжественные, что ли… Завтра у моей супруги день ангела. Хотелось бы сделать ей приятное.

Шмуль едва улыбнулся, вспомнив молодую аристократку Иоганну фон Путткамер. Интересно, сохранила ли она свое очарование, каким славилась в молодые годы? Впрочем, на его вкус Иоганна была несколько сухощава.

– Да, конечно, господин рейхсканцлер, для вас у нас имеется очень красивый столовый набор. Этот эксклюзивный комплект будет украшением вашего семейного ужина.